Открыть окно. Воспоминания и попутные записи

Description

ТХОРЖЕ́ВСКИЙ Сергей Сергеевич [16.3.1927, Л-д - 2.5.2011, Базель] - прозаик. Прадед Т. - А. И. Пальм, сын провинциального захудалого дворянина и крепостной крестьянки, прапорщик лейб-гвардии, петрашевец, стоявший на эшафоте вместе с Ф. М. Достоевским, беллетрист и поэт. Дядя Т. - А. И. Тхоржевский, камергер царского двора (с 1912 по 1917), управляющий канцелярией Министерства земледелия, с 1919 эмигрант, журналист, поэт, изв. переводчик О. Хайяма, похоронен в Париже (1951). Отец Т. окончил юридический фак-т СПб. ун-та, имел науч. труды по истории, в 1930-х был безвинно осужден, отправлен в лагерь на Беломорканал. Умер в блокадном Л-де. Самого Т. репрессировали 16-летним школьником, и он провел 6 лет в тюрьмах и в лагере на Воркуте, где работал на шахте. В 1952–55 Т. жил в г. Каменске Ростовской обл., после чего получил возможность вернуться в Л-д. Впервые рассказы Т. - «Близкий человек» и «Снег» - опубл. в альм. «Молодой Л-д» (1957). Перв. кн. рассказов «Ожидание» вышла в 1958. Человек всесторонне образованный, Т. в высших учебных заведениях не учился, а лит. школой для него стало объединение молодых прозаиков при ЛО изд-ва «Сов. писатель», рук. Л. Рахмановым и М. Слонимским; Т. занимался там в 1956–58 вместе с А. Володиным, В. Пикулем, В. Курочкиным, В. Конецким, В. Голявкиным и др. Ранние рассказы Т. так или иначе навеяны тюремными и лагерными воспоминаниями («Туман над Вадьюганом» , 1953; «Второе крещение» , 1956; «Косуха» , 1959), в них слышатся отголоски драматич. биографии автора, сожаления об исковерканной юности, о неузнанной чистой любви и погибшем семейном уюте. Тем не менее и эти рассказы, и те, что напис. по впечатлениям лет, проведенных на юге («Цветет алыча» , 1961; «Река шумит среди камней» , 1966), и повесть Счастливый и везучий» (1964), как бы подводящая итог «лагерной теме», проникнуты светлым мироощущением. Во втор. пол. 1960-х Т. обратился к докум.-биогр. жанру, написав ист. повесть «Жизнь и раздумья Александра Пальма» (1967–69), изданную отд. кн. в 1971. Причины, побудившие его взяться за перо, он объяснял в послесл.: «Мой первоначальный интерес к Александру Ивановичу Пальму был просто интересом правнука к жизни и мыслям прадеда… Однажды мне подумалось, что, может быть, профессией своей в какой-то мере я обязан прадеду - все-таки наследственность… Во мне крепло убеждение, что написать о Пальме - мой долг… Но я совсем не хотел писать панегирик». В ходе работы над повестью Т. почувствовал, что судьба Пальма - не только частная жизнь, любопытная для потомка, но частная жизнь в истории, содержащая в себе поучительный нравств. опыт. В решающий момент Пальм оказался - пусть почти незаметным - участником обществ. движения, оставившего свой особенный след в России, он не герой, но его жизнь своего рода подвижничество. Рассказывая о нем, Т. не повышает негромкого голоса, не допускает панегирических нот, избегает вымысла и беллетризации, но предельно вживается в родной для него образ, и поэтому сила воздействия повествования равносильна здесь художественной. После кн. о Пальме Т. написал докум. повесть «Искатель истины» (1971–72) - о трагич. судьбе еще одного петрашевца Александра Баласогло, чье имя, кажется, совсем уже кануло в Лету. Затем последовали основанные на богатых архивных мат-лах повесть «Высокая лестница» (1975–76), посвящ. замечательному русскому поэту XIX в. Я. Полонскому, повесть «Кардиатрикон» (1979) - о польском графе, привлекавшемся по делу декабристов, и повесть «Странник» (1981) - о поэте пушкинской поры В. Теплякове. К ним примыкают докум.-биогр. повести «Испытание воли» (1985) - о революционере П. Лаврове и «Закон совести» (1989) - о Н. Шелгунове, публицисте, заключенном в Петропавловскую крепость в связи с процессом Чернышевского. Ист. проза Т. предельно фактографична, «непридуманность рассказа», по мнению писателя, имеет «особый, терпкий вкус»; следуя неукоснительно букве и духу времени, Т. демонстрирует завидное умение ощущать ту или иную эпоху как свою и находить надысторическую доминанту народного поведения. В 1990-е отдавал предпочтение мемуарной эссеистике (Размышления во время бессонницы // Звезда. 1996. № 1; Поздние записи // Звезда. 2002. № 5). Потомственный интеллигент, западник по убеждениям, почитатель А. И. Герцена, он обращался здесь к той же проблематике, что и в ист. прозе. Раздумывая о судьбе России, о взаимоотношениях частного человека и государства, творч. личности и власти писатель утверждал, что «только сознание сво­его долга придает жизни высокий смысл», только чувство ответственности - перед со­бой, перед страной, перед человечеством - может служить гарантией общественного оп­тимизма. «Для человека с живой душой по­требность творить добро, - уверен Т., - долж­на быть равнозначна потребности неустанно действовать, не опускать руки». Т. - опытный лит. редактор (сотрудничал с ж. «Звезда» и «Костер»), а также переводчик Киплинга, Лонгфелло и польских поэтов («Из польской поэзии ХХ века». 1990). Член СП СССР (ЛО), позже СП СПб. ОГЛАВЛЕНИЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ ВО ВРЕМЯ БЕССОННИЦ ... (стр. 5) ЖЕЛТЫЕ ЛИСТЬЯ НА ЧЕРНОЙ ВОДЕ ... (стр. 9) ЭВХАРИСТО! ... (стр. 14) НЕМЕЦКИЙ ВОПРОС ... (стр. 24) ЛЖЕТ ЖИЗНЬ ... (стр. 35) МИСКА ПЕРЛОВОЙ КАШИ ... (стр. 52) ШРАМ ... (стр. 62) IN VINO VERITAS ... (стр. 73) ПЕРЕЧИТЫВАЮ ПИСЬМА ... (стр. 83) ТАРАСОВА ГОРА ... (стр. 94) МОИ ДРУЗЬЯ КИТАЙЦЫ ... (стр. 99) ВЫШИТАЯ РУБАШКА ... (стр. 117) ПОЛЬСКИЕ ЗАПИСИ ... (стр. 128) ПРОТИВ ЗАТЕМНЕНИЯ ... (стр. 137) ВСЕ ДАЛЬШЕ ДРУГ ОТ ДРУГА ... (стр. 144) ПЕЧАЛЬНЫЙ СЮЖЕТ ... (стр. 156) ВТОРОЕ ИМЯ ... (стр. 164) ПРАВДА И НАДЕЖДА ... (стр. 172) ОРЕХОВЫЕ ДЕРЕВЬЯ ... (стр. 179) МЫ НЕ ПТИЦЫ ... (стр. 190) О ПРЕКРАСНОМ И ПОЛЕЗНОМ ... (стр. 198) ЗА ВЛАСТЕЙ ПРЕДЕРЖАЩИХ ... (стр. 213) НЕСПОКОЙНЫЙ ПИСАТЕЛЬ ... (стр. 223) ШПАГА ЗА ШКАФОМ ... (стр. 243) ПОСЛЕ ТОГО, КАК ВСЕ РУХНУЛО ... (стр. 262) ОТГОРОДИТЬСЯ ИЛИ УЙТИ ... (стр. 276) ЗАМЕТКИ ЧИТАТЕЛЯ ... (стр. 284)