Гегель и его время

Description

Книга Гайма «Гегель и его время» была воспринята многими как публичный гражданский поступок и протест свободной мысли против сковывающей ее системы, но она столкнулась также и с резким неприятием предпринятого в ней «потрясения основ». Однако, как специально оговаривал П.И. Новгородцев, злободневная актуальность не превращала ее в легковесный памфлет, лишенный научной ценности. Напротив, продолжал он: «...прошло уже с лишком сорок лет, но ее никак нельзя назвать устарелой. Интересно задуманная и блестяще написанная, она все еще сохраняет свое значение», и «серьезность эрудиции и заключений автора не может подлежать сомнению». Доказывать, что книга во многом устарела, нет нужды это очевидно. Устарела хотя бы потому, что всякому, кто пишет о Гегеле в наши дни, известно, что произошло в философии за прошедшие сто пятьдесят лет. Гайм этого знать не мог. Тем не менее можно указать несколько мотивов для переиздания книги Гайма. Когда речь заходит о крупнейших фигурах мировой философской мысли, история интерпретаций их идей обретает самостоятельный не только историко-философский, но и общекультурный интерес, тем более когда имеет дело со столкновением радикально различных трактовок этих идей. Интерпретация Гегеля Гаймом в качестве «одного из» вариантов также имеет право не только на существование, но и на внимание к ней. Это документ эпохи — уже не столько гегелевской, сколько эпохи Гайма. Осмысление истории интерпретаций философских учений оказывается особо значимым в ситуациях, когда налицо их очередной кризис и пауза перед вызреванием новых.