Смута в культуре средневековой Руси: Эволюция древнерусских мифологем в книжности начала XVII века

Description

Смута 1598 – 1613 гг. стала для древнерусской культуры сложным и глубинным кризисом, положившим начало «переходному» столетию. Идеи и представления, характерные для Московского государства, подверглись резкой трансформации в период «междуцарствия». Влияние Смуты прослеживается на всем протяжении XVII в. Тем не менее семиотические аспекты кризиса, необычные культурные коллизии, возникшие после смерти Федора Ивановича и прекращения династии Рюриковичей-Калитичей, редко оказывались в центре внимания историков. Какие объяснительные модели распространялись в обществе в «смутные» годы? Какие мифологемы были актуализированы книжниками для осмысления уникальных событий «междуцарствия»? Какие изменения пришли в культуру в результате Смуты? Книга представляет собой опыт комплексного исследования этих вопросов на основе герменевтического анализа ряда известных сочинений первой четверти XVII в. Для историков, филологов и всех, интересующихся историей и культурой России. Введение. Автор, источник и историк: проблема метода. «Понять современников»: историография вопроса. Обзор источников. «История в память предидущим родом» А. Палицына. Гордыня и власть: избрание Бориса Годунова и начало Смуты. Идея «Божьего батога» в источниках Смуты. Обвинения Годунова и проблема «нелигитимности» царя. Клятва и благословение. Понятия гордости и смирения в средневековой Руси. Проблема свободы воли: самовластие и самосмышление. Логика обвинений Годунова в памятниках эпохи. «Неграмотный» царь – природа топосного утверждения. Идеи общественной ответственности и воздаяния за грехи. «Сын тьмы»: Лжедмитрий I и эсхатологические ожидания эпохи. Борьба мифов. Споры о титулах в объяснениях книжников. Лже-Христос и «сродник погибели». «Мерзость запустения»: смысловое наполнение топоса. «Евхаристическая экклесиология»: опресноки и квасные хлеба. Самозванец как антихрист: утверждение идеи. Проблема сроков исполнения пророчеств. Эсхатологические ожидания Смуты в контексте «переходной» эпохи. Оценка Лжедмитрия I в источниках Смуты. Низложенный царь: Василий Шуйский и завершение Смуты. Избрание и присяга. Эволюция средневековой мифологемы власти: «История» и документы 1606 – 1610 гг. Описание иноверцев у Палицына. Эсхатологические топосы в описании казней. Завершение Смуты в «Истории». «Временник» И. Тимофеева и «Словеса» И. Хворостинина. Природа власти и «домостроительство» («Временник» Ивана Тимофеева). Иван Грозный: проблема осуждения царя. Идеи промысла и свободы в описаниях Смуты. Сын Грозного как образец благого правителя. Годунов и Лжедмитрий: топосные объяснения и авторские идеи. Избрание на царство как культурный феномен: права на престол. Апогей и завершение Смуты во «Временнике». Объяснительная система книжников Смуты в летописных памятниках эпохи. «Всемирный дом» и природа Смуты. Клятва на кресте («Словеса» Ивана Хворостинина). Герменевтическая ситуация: холоп и неправедный правитель. Крестоцелование как феномен древнерусской культуры. Клятва и крестоцелование в источниках средневековой Руси. Крестоцелование и власть. Нарушение присяги – грех и оправдание. «Благие» и «злые» клятвы в источниках Смуты. «Словеса» Ивана Хворостинина: оправдание автора и героя. Заключение. «Осень русского Средневековья». «Крест целуют ротою на погубление свое»: феномен судебной присяги в книжности XVI – XVII вв.. Клятва и суд. Иван Пересветов: крестоцелование и исполнение правды. Зиновий Отенский: апология роты. «Безóбразные образы»: эволюция представлений об ангелах и демонах в русской культуре XVII в.. Природа бесов: традиция и изменения в XVII в. Идеи о власти и материальности сил зла в древнерусской культуре. Природа ангелов: падение и покаяние. Отношения человека с Творцом и с падшими духами. «Парадокс» источника: от противоречия к реконструкции смысла. Примечания и комментарии. Источники и литература. Сокращения.